Ампутационную культю можно наконец-то протезировать, лишь ежели, стало быть, нет заразных осложнений, а именно приобретенного остеомиелита культи, как всем известно, большеберцовой кости. И действительно, при всем этом культя не опороспособна, воспалительный процесс так сказать может в хоть какое время, вообщем то, обостриться или как бы распространиться и, наконец, осложниться сепсисом.

В особенности уязвимы трубчатые кости. Как бы это было не странно, но поверхность опила, как мы привыкли говорить, трубчатой кости как бы представляет собой, как все знают, комфортные входные ворота для, как заведено выражаться, патогенной микрофлоры. Само-собой разумеется, опосля травм она, в конце концов, локализуется уже в костномозговой полости, в особенности опосля, как многие выражаются, осложненного интрамедуллярного остеосинтеза.

Медикаментозное исцеление либо лишь кюретаж полости костномозгового канала со стороны как бы концевого отдела культи навряд ли, мягко говоря, будут эффективны. И даже не надо и говорить о том, что через несколько месяцев либо лет пациент столкнется с необходимостью «санации» остеомиелита культи средством экзартикуляции в коленном суставе либо новейшей ампутации на уровне ноги.

В нашей практике мы применяем пластику, как все говорят, мышечным лоскутком на ножке с 1982 г., и у всех 22 прооперированных таковым образом пациентов нам удалось так сказать устранить остеомиелит, как все говорят, большеберцовой кости (и ноги) без повторных ампутаций.

Пластика, как большая часть из нас постоянно говорит, мышечным лоскутком на ножке для исцеления, как мы выражаемся, приобретенного остеомиелита либо для закрытия недостатка мягеньких тканей известна со времен, как все говорят, первой мировой войны [Schweiberer, 1974]. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что но сфера ее внедрения ограничена, так как мышечный лоскуток наконец-то утрачивает первоначальную функцию, а трубчатые кости плохо, стало быть, укреплены мускулами из-за «окна», которое как раз возникает на месте взятого лоскутка.